Икона Святая Блаженная Тарсо (Тарасия), 310x400мм

ОписаниеХарактеристикиПодобные товары
280 грн
Минимальный заказ: 0 шт.
В наличии
Купить
Перезвоните мне
Условия оплаты и доставки
Контактная информация
+380 (99) 040-73-62показать+380 (99) 040-73-62 Александр
Адрес: 58003, Украина, Черновицкая обл., Черновцы, Комарова
Написать компании

Описание

Её называли сумасшедшей и даже боль-
ной, но сказанное ею никогда не было 
бессмысленным. Всё же её слова нужда-
лись в пояснениях. Вопрос об одном мог 
повлечь за собой ответ о другом, иногда не 
имеющем взаимосвязи, тем не менее, имен-
но это оказывалось настоящим ответом на 
заданный вопрос, и выражало увиденное 
ею в прошлом, настоящем и будущем.
Тарсо (Tarasia Zagoreou) родилась 4 июля 
1910 года в посёлке Рого на острове Тинос 
в Греции. Она была младшей из шестерых 
детей. Родители, особенно мать, были глу-
боко верующими людьми. В детские годы 
Тарсо получила хорошее образование, она 
была одной из лучших учениц в классе, 
брала уроки игры на мандолине.
Её жизнь полностью изменилась в воз-
расте 14 лет. Позже она рассказывала об 
этом следующее: «Я ушла из дома, когда 
мне было 14. Много детей играло на улице 
перед булочной, когда oфицер* пришёл за 
мной. Он взял меня на руки и понёс в неиз-
вестное место. Моя жизнь совершенно из-
менилась с тех пор.»
И сама Тарсо изменилась по отношению 
к окружающим. Oна начала сторониться 
всех, полюбила свободу и одиночество, 
часто рассказывала о жизни после смер-
ти, молилась об умерших родственниках и 
даже разговаривала с ними. Она ко всем от-
носилась с любовью, но окружающих ста-
ли смущать её одежда и поведение: белые 
туника и платок, старая обувь (когда Тарсо
дарили новую пару туфель, она била их до 
тех пор, пока они не начинали выглядеть 
изношенными).
Семью тревожило не вписывающееся в 
рамки привычного поведение родственни-
цы. После переезда в Афины в 1942 году её 
насильно отвели в психиатрическую кли-
нику. Врачи поставили диагноз «шизофре-
ния» и направили её по правилам того вре-
мени на трепанацию черепа.
Во время гражданской войны в 1944 году 
Тарсо продолжала безбоязненно выходить 
на улицу даже после наступления комен-
дантского часа. Однажды солдаты привели 
её домой к сестре, в изумлении спрашивая: 
«Кто эта женщина в белом? Она без страха 
бродит среди летящих пуль, оставаясь не-
вредимой!».
В 1949 году мать Тарсо, разочаровав-
шись в официальной медицине и желая 
хоть как-то помочь своей дочери, отвела её 
в женский монастырь в Кератеа с надеж-
дой на «выздоровление» в святых стенах. 
Тарсо умоляла оставить её в монастыре. И 
она осталась, приступила к работе вместе 
с монашками, была чтецом, писцом (у неё 
был очень красивый почерк), носила воду. 
И монашки, и миряне (гости монастыря) 
часто относились к ней с презрением из-за 
её «странного» поведения. Монахини, зада-
чей которых было утром будить остальных, 
неизменно обнаруживали Тарсо сидящей и 
молящейся. С того времени она всю свою 
жизнь даже спала сидя, не считая несколь-
ких суток спустя много лет, когда её поло-
жили в больницу с ожогами.
А потом Тарсо стала вести себя и изъ-
яснятеся совсем непонятно для окружаю-
щих, даже высмеивала других: в основном, 
мирян. Тогда её и попросили покинуть мо-
настырь, и Тарсо осталась без крыши над 
головой в буквальном смысле этого слова.
В первые годы ей негде было жить, и она 
ходила по полям и горам. Никто не знал, где
она укрывается в непогоду, иногда её виде-
ли сидящей под дождём в открытом поле, 
держащей над головой доску. В семидеся-
тых годах, уже пожилая, нуждаясь в укры-
тии, Тарсо сама сделала себе кров без окон 
из каменных и деревянных обломков.
Одежда женщины всегда выглядела по-
ношенной. В юности она пыталась скры-
вать свою естественную красоту. Однажды 
какой-то мужчина, посетитель монастыря, 
сделал комплимент её красивым глазам, и 
Тарсо тут же нашла и надела очки с толсты-
ми стёклами, на всю жизнь испортив себе 
этим зрение. Позже она говорила: «Что они 
ещё от меня хотят? Я отдала даже свои гла-
за...». А услышав, что у неё красивый нос, 
она надела чёрную ленту поперёк лица, и 
носила её до старости.
По свидетельствам сестры Марины, что 
носила пищу, ела юродивая очень мало, и 
не ела, казалось, совсем, если сестра не 
могла навещать её неделю. Как-то на пред-
ложение мирянина, готового принести ей 
любую еду, которую Тарсо захочет, она от-
ветила: «Не надо мне носить еду. Офицер* 
и Мария носят мне её!». 
Тарсо почти никогда не бывала в церкви. 
Она любила детей, и однажды у неё жила 
приглашённая на несколько дней девочка, 
которая потом рассказывала, что однажды 
вечером видела хозяйку после молитвы, от-
крывшую рот, чтобы съесть что-то, подан-
ное ей кем-то невидимым!
Скорее всего, Тарсо так и не стала мо-
нахиней, и когда её спросили об этом, она 
подняла платок, указала на места, где во 
время операции ей просверлили череп, и 
сказала: «Я - монахиня. Вот мой постриг. 
Видишь, моя сестричка: я получила печать 
спасения.».
Считая молитву очень важной, она так 
говорила о молодёжи, обратившейся к ней 
за советом: «Они пришли ко мне вместо 
того, чтобы самим это делать (т.е. молить-
ся)!». Другому посетителю Тарсо предло-
жила во избежание формальности иногда 
менять порядок слов во время молитвы. 
Вот её собственные слова: «Даже Бог уста-
ёт от слишком многих молитв.».
На упрёк: «Мне стоило столько усилий 
попасть к тебе, а ты говоришь только глупо-
сти!», Тарсо ответила: «Я говорю. И тот, кто 
понимает, поймёт.». 
Случалось, Тарсо рассказывала пришед-
шим к ней людям о их собственной жизни 
то, что только они сами могли знать. Также 
существуют свидетельства, что её видели 
одновременно в разных местах. 
А вот слова Марины: «Я сидела с се-
строй у её избушки. Было тихо. Вдруг она 
сказала: «Иди, сядь сюда, потому что буря 
может ударить тебя с той стороны!». После 
того, как она повторила то же самое ещё 
раз, я рассердилась: «Не говори глупостей, 
будь логичной!». Она ответила: «Я и гово-
рю логично, только вот ты не слушаешься 
меня!». Вдруг разразилась буря, старой де-
ревянной дверью попало мне в лоб и силь-
но ранило. Расстроенная Тарсо перевязала 
рану как умела, и позже в монастыре мне 
помогли сёстры, и рана зажила.»
Последние годы своей жизни Тарсо про-
вела в монастырской келье. В октябре 1989 
её отвезли в больницу, где врачи хотели 
делать ей операцию, на что она ответила: 
«Они не будут делать ничего. Я скоро пойду 
к Мариам.» Так она предвидела свою ско-
рую кончину.
Тарсо сердилась, когда кто-то говорил о 
покойном: «Он умер» или «Она умерла», и 
поправляла: «Нет: он ушёл для жизни!», и 
её семья столько раз это слышала от неё, 
что и после её смерти не отчаивалась, но 
чувствовала скорее скорбь, смешанную с 
тихой радостью.
Избушка, в которой юродивая прожила 
много лет, была с необъяснимой спешкой 
разрушена бульдозером сразу после её ухо-
да. Любившие и ценившие Тарсо люди пе-
ребирали обломки руками, чтобы найти не-
многие принадлежавшие покойнице вещи. 
Кое-что было обнаружено, и многие свиде-
тельствовали, что они позже поражались их 
необъяснимому сладкому аромату.
Как-то монах из Афона спросил её: «Ка-
кой дорoгe ты следовала, достигнув так 
много, будучи юродивой?». Тарсо ответила: 
«О какой дороге ты говоришь? Работай! Я 
была в миру, а потом я умерла. А потом ра-
бота, работа... Я на деле следовала дороге, 
проложенной святыми отцами. Я умерла 
для мира, я дала свою жизнь Христу, и с 
того времени работа, работа.»

* прим.: так Тарсо называла ангела.
Источник: Ioannis K. Kornorakis «Tarso
The fool in Christ» (1910-1989)

www.ortodoks.no

Характеристики

Вид
иконы праздничные
Масштаб изображаемых фигур
ростовые
Техника исполнения
печатные (типографские)
Особенности
целительная
Икона Святая Блаженная Тарсо (Тарасия), 310x400мм

Отзывы

Пока нет отзывов
Включен режим редактирования. Выйти из режима редактирования
наверх